вторник, 4 сентября 2018 г.

Александр Грибоедов и Нина Чавчавадзе: история любви


   3 сентября 1828 года состоялась свадьба известного русского писателя Александра Грибоедова и Нины Чавчавадзе.   Мимолётное счастье и 30 лет траура — их брак продлился всего несколько месяцев, но Нина хранила верность возлюбленному до последнего дня своей жизни. Давайте вспомним удивительную историю любви, над которой не властно время.


   Назвать Нину прекрасной – не погрешить против истины. Изящная, черноокая Ниночка была младшей дочерью грузинского поэта, генерал-майора и князя Александра Чавчавадзе. Отличавшаяся необыкновенной красотой, которую современники ставили наравне с прелестью Натали Гончаровой, княжна и нравом отличилась  – удивительно светлое, обаятельное, неземное существо.

   Александра Грибоедова она знала с детства: близкий друг ее отца, господин Сандро по обоюдному желанию разучивал с ней гаммы и вел долгие беседы о литературе, болтая с девочкой, в основном, по-французски, дабы отточить ее произношение. До встречи 16 июля 1828 года они не виделись более двух лет – Александр, человек занятой, дипломат, редко гостил у них в Тифлисе. А тут – получил назначение посла в Иран и приехал. Чавчавадзе закатили широкий пир, собрали родню и дорогих друзей. Ожидался и Сергей Емельянов – пылкий поклонник Ниночки и вероятный кандидат в мужья. Но отчего-то не пришел. И – упустил.

   Что перевернулось в сердце 33-летнего Грибоедова, когда напротив села она: такая родная, такая незнакомая? Сверкнула вихрем по комнате, обожгла взглядом, потупилась, озорно рассмеялась, задумалась… А он все смотрел и смотрел. А потом взял за руку и увлек за собой.
   
    Объяснение не заставило себя долго ждать. «В тот день… за столом сидел против Нины Чавчавадзе... всё на неё глядел, задумался, сердце забилось, не знаю, беспокойство ли другого рода, по службе, теперь необыкновенно важной, или что другое придало мне решительность необычайную, выходя из-за стола, я взял её за руку и сказал ей по-французски: «Пойдёмте со мной, мне нужно что-то сказать вам». Она меня послушалась, как и всегда, верно, думала, что я усажу её за фортепьяно... мы... взошли в комнату, щёки у меня разгорелись, дыханье занялось, я не помню, что я начал ей бормотать, и всё живее и живее, она заплакала, засмеялась, я поцеловал её...». Сама же Нина была не в силах противостоять охватившему её чувству: «Как солнечным лучом обожгло!», — признавалась она подруге.


   Так, за двадцать минут, возникших между обедом и кофе, Нина из бывшей ученицы господина Сандро превратилась в невесту Александра Грибоедова.

   «...Она очень любезна, очень красива и прекрасно образованна», — писал в 1928 году сослуживец Грибоедова Карл Аделунг о невесте своего друга, 15-летней Нине Чавчавадзе. До Грибоедова руки Нины добивались многие достойные кавалеры. Офицер Николай Сенявин ужасно страдал от любви к этой скромной девушке и изливал душу в отчаянных письмах другу: «Цветок целого мира пленил меня, и в уснувших чувствах моих пробудилась, наконец, страсть, дотоле мною не знаемая. Ты не знаешь, я так влюблён, что готов пренебречь целым светом, дабы обладать Ангелом!». Жениться на очаровательной княжне собирался и немолодой генерал-лейтенант Василий Иловайский, однако и он получил отказ — Нина Чавчавадзе ждала своего единственного.

   Бракосочетание состоялось в Сионском соборе в Тифлисе (ныне город Тбилиси). Иерей записал в церковной книге: «Полномочный министр в Персии Его императорского Величества статский советник и Кавалер Александр Сергеевич Грибоедов вступил в законный брак с девицею Ниною, дочерью генерал-майора князя Александра Чавчавадзева…».
   В момент венчания Грибоедов был болен лихорадкой, она трепала его так сильно, что он уронил обручальное кольцо, сказав, что «это дурное предзнаменование».

   Уже через неделю после свадьбы Грибоедову нужно было возвращаться в Персию. Нина, конечно, поехала с ним. Путешествие было тяжёлым: ночевать хрупкой супруге Александра Грибоедова приходилось в продуваемых ветром шатрах. Но влюблённые не замечали преград, радовались обществу друг друга, будто предчувствовали скорую разлуку. «Нинуша, моя жена, не жалуется, всем довольна... Полюбите мою Ниночку. Хотите её знать? В Эрмитаже… есть Богородица в виде пастушки Мурильо – вот она», — писал Грибоедов своей знакомой Варваре Миклашевич.

  К тому времени, как супруги приехали в резиденцию Грибоедова в Тавризе, Нина была уже беременна. Беспокоясь о здоровье жены и будущего ребёнка, Грибоедов решил продолжать путь один. «Пиши мне чаще, мой ангел Ниноби. Весь твой. А.Г. 15 января 1829 года. Тегеран», — гласило одно из последних писем Грибоедова супруге. Через две недели, 30 января, он погиб страшной смертью в результате нападения толпы исламских фанатиков на русское посольство.


   За смерть российского посла Персия заплатила богатыми дарами, в числе их был знаменитый алмаз «Шах», который теперь хранится в коллекции Алмазного фонда. Отношения между двумя странами были спасены, но разве это могло восполнить потерю любящей женщины? Правду Нина узнала только через месяц — никто не мог взять на себя смелость рассказать ей о трагедии в Тегеране. Случайно подслушанный разговор спровоцировал преждевременные роды, сын Грибоедовых не прожил и суток...

   Нина Грибоедова никогда больше не вышла замуж и почти 30 лет не снимала траурных одежд. Её называли «чёрной розой Тифлиса» за то, что хранила память о погибшем супруге до конца своей жизни. Нина умерла в 1857 году от холеры, и её последние слова были посвящены единственному возлюбленному: «Что только не перенесла твоя бедная Нина с той поры, как ты ушёл. Мы скоро свидимся, свидимся... и я расскажу тебе обо всём. И мы уже навеки будем вместе, вместе...».

   Вместе они покоятся в тбилисском Пантеоне на горе Мтацминда. Надгробие венчает памятник в виде плачущей вдовы, а надпись на могильной плите — вечное свидетельство великой любви и верности Нины Грибоедовой: «Ум и дела твои бессмертны в памяти русской, но для чего пережила тебя любовь моя?».




Комментариев нет:

Отправить комментарий